Archive for March, 2011


 Il sogno di Dmitrij Medvedev è di diventare mediatore ufficiale nella crisi libica, ottenendo una definitiva consacrazione a livello internazionale come politico di prima grandezza. Per troppo tempo il giovane capo del Cremlino è stato visto come un “protege” del potentissimo Vladimir Putin. Con la campagna elettorale per le presidenziali del marzo 2012 alle porte l’occasione libica è davvero ghiotta. Medvedev ha ricordato al mondo i buoni rapporti di Mosca con il mondo arabo e non ha escluso che un qualche tentativo diplomatico possa essere presto fatto. Non è un caso che il ministro degli Esteri Serghej Lavrov sia stato per consultazioni al Cairo, dove si è tenuto un incontro tra il segretario dell’Onu Ban Ki Moon ed il responsabile della Lega araba, l’egiziano Moussa. 
 Il capo del Cremlino è intervenuto in prima persona alla televisione soprattutto per scopi di politica interna e per fare chiarezza dopo un imprevisto scambio di battute pepate a distanza con Putin. La Russia, ha spiegato Medvedev, non ha usato il veto al Consiglio di Sicurezza dell’Onu, poiché condivide le ragioni della risoluzione 1973. Le autorità libiche sono responsabili della situazione creatasi, tutto il resto è una sua conseguenza. Il presidente ha, tuttavia, immediatamente rimarcato che l’uso della forza dovrebbe essere “proporzionato” a quello che accade, invece la coalizione occidentale ha causato perdite anche tra gli innocenti. Non siamo all’equidistanza di un arbitro, ma spezzare una lancia per l’isolata Tripoli è ora francamente impossibile. 
 Quante possibilità vi siano che parta realmente una mediazione russa al momento non si capisce, come non si comprende quante possano essere le chance di successo. Il Cremlino ha storicamente ottime relazioni con la Siria, ma oggi appare spiazzata in nord Africa con tutte queste rivoluzioni. Medvedev ha già evidenziato che il problema centrale è trovare gli interlocutori giusti per una qualche trattativa, poiché i “partner” occidentali si sono mossi in ordine sparso, mentre nessuno a livello internazionale ha intenzione di avere rapporti con Gheddafi. 
 Quest’ultimo, però, prima dell’approvazione della risoluzione Onu aveva promesso disperatamente a russi, cinesi ed indiani importanti fette del settore petrolifero al posto delle compagnie dei Paesi oggi nemici. Mosca è legata a Tripoli da imponenti commesse militari, ma solo recentemente, grazie all’aiuto italiano, è entrata nel business petrolifero. 
 Pesanti erano state in precedenza le critiche di Putin alla risoluzione Onu, che in verità permette quasi qualsiasi opzione ed è, secondo il premier, “un invito medievale ad una crociata”. Ma la politica estera è ad appannaggio del presidente e per la prima volta i due amici-colleghi dissentono pubblicamente, segno che le scadenze elettorali si stanno avvicinando inesorabilmente. Medvedev, che teme di veder compromessi i suoi sforzi di modernizzazione del Paese con tecnologia occidentale, ha chiarito ai russi che il ministero degli Esteri ha agito su sue dirette indicazioni. 
 Che la gestione della crisi libica divida la “Mosca che conta” è apparso evidente sabato 19 dal clamoroso licenziamento in tronco del proprio ambasciatore a Tripoli, Vladimir Chanov, voluta dal presidente in persona. Putin, che è stato invitato dal vice-presidente Usa Biden a non ripresentarsi candidato, sta riproponendo ai suoi elettori l’immagine del leader russo, che non si fida dell’Occidente spesso traditore. Medvedev gioca, dal canto suo, una partita rischiosa e finora quasi sempre perdente in Russia. Se dovesse essere marginalizzato dai “partner” rischierebbe la rielezione. 
 Trovate il modo di partecipare militarmente anche voi, ha detto in un discorso all’Ammiragliato di San Pietroburgo il ministro della Difesa Usa Robert Gates. Ma Medvedev gli ha già risposto indirettamente: “niet! Spasibo!”

«Впервые за время своего президентства Дмитрий Медведев демонстративно отчитал премьера Путина. ВВП сравнил военную операцию Запада в Ливии со “средневековыми Крестовыми походами”. А ДАМ сразу же назвал подобные сравнения “неприемлемыми”. И теперь все гадают, что же это было: новый раунд игры в доброго и злого следователя?… В других уважающих себя странах премьеру в подобной ситуации пришлось бы долго каяться и извиняться. Но в этих самых государствах у шефа правительства нет такой палочки-выручалочки, как партнер по тандему….
Замечу также, что в последнее время Путин порядком расслабился и стал совершать пусть и довольно мелкие, но все равно удивительные и обидные для политика его статуса политические промахи… Все это может свидетельствовать только об одном: рядом с Путиным сейчас нет сильного руководителя секретариата, советника, способного безжалостно фильтровать посетителей и их идеи и готового в случае необходимости сказать боссу: “Извините, Владимир Владимирович, но вот этого делать ни в коем случае нельзя!”…
Внешняя политика, по Конституции, — сфера безраздельного контроля президента. Если бы Медведев проигнорировал здесь открытый вызов своему авторитету со стороны премьера, то за год до окончания своих полномочий он превратился бы в хромейшую из хромых уток. Чтобы не заслужить обидное прозвище “тряпка”, президент был обязан расставить точки над “i”. И он их расставил, восстановив подобным образом нарушенный баланс…. политический тандем — это то же супружество. А в семье чувства редко бывают линейными. Даже сами муж и жена не всегда точно знают, что именно с ними происходит в данный момент времени. А уж для посторонних проникновение в тайны семейных отношений и вовсе может оказаться невозможной задачей….»

Статья Михаил Ростовский Московский Комсомолец 22.03.2011 Mikhail Rostovsky Moskovskij Komsomolets

«Три беды, которые отличают Германию от России… или объединяют их… Например, японская ядерная катастрофа в Германии вызвала уличные протесты. Правительство решило, что надо срочно отключить старые немецкие атомные реакторы. Но то, что немцам кажется смертью, русским пофигу…. Немцы, однако, переживают не только чужие беды, но и свои, сугубо немецкие. Которые, впрочем, не так уж далеки от русских…
 До того как Япония, будто атомная бомба, взорвалась на телеэкранах и полосах немецких газет, германское общество месяцами мучилось историей, которую одни воспринимали как огромный скандал, а другие — как трагедию самой харизматичной личности современной Германии. Речь идет о деле Гуттенберга. Точнее, барона доктора Карла Теодора цу Гуттенберга…. И вдруг — принц оказался голым, еще не став королем… Сначала журналисты одной газеты нашли в юридической диссертации, которую молодой гений сдал на “сумма цум лауде” (“пятерка” с плюсом), несколько абзацев, которые были идентичны газетным статьям и выступлениям других авторов. А потом выяснилось, что почти половину текста этого труда доктор Гуттенберг украл из чужих сочинений… Шум был огромный. Русским это, наверное, сложно понять… Кадыров — кандидат наук, ну и что? Но в Германии дипломы пока не продаются в пешеходных переходах…. потом все вскрылось. Вундеркинд немецкой политики оказался аферистом, немецким Остапом Бендером… Барон ушел в отставку со всех политических должностей… Сегодня в Германии вундеркинды прямо из университетской аудитории влетают в парламент. У вас же для этого достаточно иметь хорошую фигуру и желательно пару золотых олимпийских медалей…
 Для западного мира беда — это и гражданская война в Ливии, где жестокий диктатор с помощью иностранных наемников истребляет собственный народ…. Россия во время голосования в Совете Безопасности ООН воздержалась от вето против этих боевых действий, ее также красит. Ведь в лице Каддафи российский ВПК рискует потерять постоянного и весьма платежеспособного клиента. Однако Кремль бросил фашиста в пустыне…. А вот то, что и Германия в Совете Безопасности ООН воздержалась, — это хуже чем беда. Это позор. Немцы Каддафи оружие не продают, не имеют никаких идеологических причин ему симпатизировать… Есть много аргументов против войны с Каддафи, как против любой войны. Но страна, которая, как Германия, гордится своей приверженностью правам человека, просто обязана принимать в этой войне участие… Беда не в том, что это решение сильно вредит авторитету Германии и в Европе, и в НАТО. Беда в том, что у нас появилось слишком много некомпетентных политических деятелей с голубыми глазами, в которых виден металлический блеск самолюбия и тщеславия».

 Статья – Штефан Шолль –  Московский Комсомолец № 25596 от 21 марта 2011 г. Stefan Scholl Moskovskij Komsomolets

 «Еще одни выборы. Еще одна победа “Единой России” с разгромным счетом. Наша новая партия власти сумела повторить достижение, невиданное с советских времен: начисто убрать интригу из такого заведомо полного интриг события, каким являются нормальные выборы….
Наша политическая система вползла в фазу глубокого застоя. Выборы не приводят к обновлению власти. Они лишь подтверждают текущее состояние вещей: типа советский народ, слившись в едином порыве, снова оказал высокое доверие родной партии и правительству…. Сегодня можно утверждать: на грядущих федеральных выборах будет все то же самое…. Результаты голосования будут такими, какими их захотят видеть в Кремле и в Белом доме… Такие выборы не укрепляют, а ослабляют нашу политическую систему». 

Статья Михаил Ростовский Московский Комсомолец  № 25591 от 15 марта 2011 г.  Mikhail Rostovsky Moskovskij Komsomolets

Trentuno pagine inviate alla Commissione per la difesa dei diritti umani dell’Onu sulle violazioni in Bielorussia dopo le presidenziali del dicembre 2010. “Serve – ha detto Anna Sevortian, direttrice della filiale russa di Human Rights Watch, – una risoluzione della Nazioni Unite per mandare un messaggio forte alle autorità di Minsk. Quello che sta avvenendo deve finire”.
Domenica 19 dicembre 2010 scesero per le strade a protestare contro l’annunciata vittoria del presidente Lukashenko, circa 30mila persone, Migliaia di loro, tra cui 7 candidati, vennero fermate dalla polizia. 725 hanno subito condanne da 10 a 15 giorni di prigione, altri a pene detentive più lunghe. “Molti – denuncia Human Rights Watch – sono stati costretti a dormire per terra o a fare i turni per un letto. Le celle erano sovraffollate, alcune senza bagni. Vi sono stati casi in cui gli imputati non hanno usufruito della difesa”.
Ales Mikhalevich, anche lui ex candidato alla presidenza, ha lasciato il Paese in questi giorni e si trova in una località segreta. Ha denunciato di essere rimasto nelle mani della polizia segreta per due mesi. La Russia osserva sorpresa gli eventi, facendo prevalere valutazioni di carattere economico e geopolitico mentre alcuni suoi cittadini sono detenuti a Minsk. Unione europea e Stati Uniti preparano nuove sanzioni contro Lukashenko e la sua Amministrazione, che invero in Patria rimangono popolari per aver garantito un passaggio non caotico dal comunismo al mercato dopo il crollo dell’Urss.
Alcune considerazioni e domande sono d’obbligo: 1) in Bielorussia siamo alle solite, quindi niente di nuovo rispetto agli anni passati; 2) come è possibile che la comunità internazionale prenda decisioni così spuntate contro violazioni così evidenti ai diritti politici di manifestare? 3) Dopo i fallimenti nei rapporti bilaterali nel tentativo di ingraziarsi il suscettibile Lukashenko cosa altro può fare la diplomazia?

In his speech to commemorate the 150th anniversary of the abolition of serfdom, President Dmitry Medvedev drew parallels between Tsar Alexander II’s reforms and the modernisation drive his currently engaged in. “In essence we are continuing a political course that was set 150 years ago.”  

 Medvedev told an audience in St. Petersburg’s Mariinsky Palace. “Freedom cannot be put off another day.” “After 150 years, the feeling of serfdom remains in much of our consciousness. Even when we discuss questions important for society we get scared of taking decisions because this feeling of serfdom sits deep inside us,” said the deputy head of the ruling council of United Russia, Yury Shuvalov, to the Interfax news agency.

 Alexander II`s March 3, 1861 decree to end centuries of feudal ownership of peasants by landlords was accompanied by other major reforms like the creation of elected local councils and improvements in the legal system. “This was not the Soviet experiment but a project of normal, humane development, initiated by Alexander II,” Medvedev said. “From the historic point of view, it was he who was proved right. Not Nicholas I, not Stalin,” Medvedev added.

 The “liberal” reform of Alexander II’s early years in power was followed by nearly half a century of reaction, as his two imperial successors failed to develop the country economically or socially beyond the level of a backward country. Many historians also believe creation of an urban working class from the emancipation and loosening of political controls by Alexander was a direct cause of the Russian Revolution that ended imperial rule.

Article – Reuters

 La Russia proprio non si aspettava un “1989” in Africa settentrionale. I vetusti regimi autoritari della regione scricchiolavano da tempo, ma nessuno si azzardava nemmeno ad ipotizzare che cadessero uno dopo l’altro, innescando un infermabile “effetto domino”. Anche la Siria, l’alleato storico di Mosca nell’area dirimpettaia, rischia di venire sommersa dall’ondata di proteste iniziate nel Maghreb. La futura posizione dell’Egitto sulla questione palestinese suscita preoccupazione al Cremlino e potrebbe mischiare ulteriormente le carte in Medio oriente, mettendo a dura prova la diplomazia russa, tradizionalmente assai attiva nella sua opera di mediazione.

  I potenti satelliti di Mosca stanno tenendo sotto stretta osservazione la campagna militare in Libia con il dispiegamento della Flotta occidentale nel Mediterraneo e la situazione dei pozzi petroliferi. “Nessun aereo ha mai bombardato Benghasi”, si sono affrettati ad affermare alti ufficiali dell’ex Armata rossa, smentendo le tivù di mezzo mondo, quelle arabe per prime, quando nella prima settimana di scontri il vuoto mediatico era completo. Il Cremlino ha sdoganato Gheddafi, definito un “cadavere politico” dalla solita fonte ufficiale anonima. L’ingombrante leader della rivoluzione libica ha avuto il torto di non permettere per anni l’entrata dei russi negli immensi affari energetici del suo Paese. Solo di recente, grazie all’Eni, la Gazprom ha acquisito delle quote nel progetto “Elephant”.

  Il Cremlino teme, comunque, che gli occidentali approfittino delle ribellioni popolari per cavalcarle, ecco perché farà valere il proprio peso all’interno del Consiglio di Sicurezza dell’Onu. Solo in questa sede, si sottolinea a Mosca, possono essere prese decisioni importanti come la chiusura degli spazi aerei libici (no-fly zone). “La democrazia non si esporta”, è stato il monito che il premier Putin ha lanciato in incontri ufficiali, ricordando l’esperienza fallita delle “rivoluzioni colorate” filo-Usa nello spazio ex sovietico tra il 2003 ed il 2008.

  Gli eventi del nord Africa destano, però, timore a Mosca per le possibili ripercussioni nel proprio “cortile interno”. Anche qui governi autoritari, che controllano enormi ricchezze minerarie, reprimono le masse povere, globalizzatesi negli ultimi anni grazie ad Internet. Gli articoli sui parallelismi al riguardo si sprecano sulla stampa di tutta la Comunità degli Stati indipendenti.

  Per adesso, in mancanza della possibilità di influire direttamente sugli eventi, due sono i risultati parziali positivi ottenuti dalla Russia in questo “’89 africano”. Per prima cosa Putin è potuto volare a Bruxelles alla fine di febbraio e dimostrare agli euroburocrati quanto i tanti criticati approvvigionamenti russi, un paio di volte bloccatisi per i litigi con l’Ucraina, rimangano strategici per il Vecchio Continente. Secondo, in virtù dell’impennata del prezzo del petrolio a seguito della crisi libica, nel 2011 la Russia potrà tranquillamente non mettere mano ai fondi di riserva per finanziare sia i progetti di modernizzazione del Paese sia l’imminente campagna elettorale. In un momento in cui tra la gente si osservano segnali di insoddisfazione verso il governo federale per l’aumento del costo della vita una possibilità del genere pare veramente caduta dal cielo.
Giuseppe D’Amato

«Горбачев потерпел поражение: «демократическая реформация»… Он подвел Россию (тогда еще советскую Россию) к реальной демократии ближе, чем когда-либо в ее многовековой истории. И совместно с партнерами, которых он нашел в лице американских президентов Рональда Рейгана и первого Джорджа Буша, ближе, чем кто-либо до него, подошел к окончанию многолетней холодной войны….. Исторические шансы модернизировать Россию постепенно и на основе всеобщего согласия положить конец холодной войне составили наследие Горбачева. То, что оно оказалось утрачено или разбазарено, было виной элит и лидеров, пришедших после него…. Несмотря на демократические прорывы, имевшие место при Горбачеве, роль «отца русской демократии» вскоре была отдана его преемнику Борису Ельцину…. Пересмотр истории Советского Союза потребовал пересмотра взгляда и на его последнего лидера. Некогда признанного «радикалом № 1» Советского Союза, которому рукоплескали за его «смелость», Горбачева теперь обвиняли в недостатке «решительности и продуктивности», как и в недостатке «радикализма»….
 Самое показательное, что выборы Ельцина президентом РСФСР в 1991 г. были первым и последним случаем, когда исполнительная власть свободно перешла от Кремля к оппозиционному кандидату. В 2000 г. Ельцин передал власть Путину уже посредством «управляемых» выборов, а Путин в 2008 г. аналогичным путем сделал своим преемником Медведева….
Двадцать лет спустя постсоветский российский парламент, переименованный в Думу, стал почти точной копией своих слабых и послушных предшественниц царского времени, а президентская власть обрела  почти всевластные полномочия….
Вывод кажется очевидным: Советская демократизация, какой бы диктаторской ни была предыдущая история системы, была для России упущенной демократической возможностью, непройденной эволюционной дорогой….
 Двадцать лет спустя после прекращения существования советского государства большинство западных наблюдателей сошлись во мнении, что в России идет глубокий процесс «де-демократизации»….
 В самом общем смысле, существовали грозные параллели между распадом Советского Союза и крахом царизма в 1917 г. В обоих случаях способ, которым было покончено со старым порядком, вызвал почти тотальное разрушение русской государственности, что надолго ввергло страну в хаос, конфликт и бедствие….
 Последствия 1991 г. и 1917 г., несмотря на важные различия, были схожи. Вновь надежды на эволюционный прогресс в направлении демократии, процветания и социальной справедливости были разбиты; небольшая группа радикалов навязала нации экстремальные меры; активная борьба за собственность и территорию, раздробив, подорвала основы многонационального государства, на этот раз ядерного, а победители разрушили устоявшиеся экономические и другие важные структуры, чтобы создать абсолютно новые, «как будто не имея прошлого»…
 Тот факт, что все эти процессы разворачивались под знаменем «демократических реформ», еще больше дискредитировал демократию (именуемую теперь не иначе как «дерьмократия») в народном мнении. Двадцать лет спустя после начала «дележа собственности бывшего СССР», его политические и экономические последствия, наряду с убеждением, что «собственность без власти ничего не стоит», остаются главной причиной де-демократизации России и, одновременно, главным препятствием для ее обратного движения… »

Стивен Коэн, Новая Газета, № 21 от 1 марта 2010 г.

 La Fiat costruirà in Russia una fabbrica con una capacità produttiva fino a 300.000 autovetture l’anno. Finora non è stato ancora indicato dove questo nuovo sito verrà realizzato. La società tornese ha intenzione di produrre automobili di varie classi tra cui jeep e camion leggeri. 
 In precedenza un accordo con la compagnia russa Sollers per la costituzione di una joint-venture non era andato a compimento.
 La Russia occupa il decimo posto al mondo per la vendita di autovetture e nel 2020 potrebbe diventare il sesto. Negli anni Settanta la Fiat costruì a Togliatti il maggiore sito per la produzione di autovetture in Urss. Da questo stabilimento sono usciti modelli come la Zhigulì e la Lada.

Articolo – Il Sole 24 ore.

Welcome

We are a group of long experienced European journalists and intellectuals interested in international politics and culture. We would like to exchange our opinion on new Europe and Russia.

Rossosch – Medio Don

Italiani in Russia, Ucraina, ex Urss


Our books


                  SCHOLL