“Damascus is the “Stalingrad” of Russian diplomacy. After years of geopolitical withdrawal, Moscow has chosen Syria as a way to revive its image of power in the world. “Not one step back” is the Kremlin’s new strategy, as it was for the Red Army along the banks of the Volga river during World War II. To be more convincing, the Kremlin has simultaneously flexed its muscles by supplying sophisticated […]

THE PRESIDENT:  Good morning, everybody.  I wanted to provide an update on the situation in Ukraine and the steps that the United States is taking in response.

Over the last several days, we’ve continued to be deeply concerned by events in Ukraine.  We’ve seen an illegal referendum in Crimea; an illegitimate move by the Russians to annex Crimea; and dangerous risks of escalation, including threats to Ukrainian personnel in Crimea and threats to southern and eastern Ukraine as well.  These are all choices that the Russian government has made — choices that have been rejected by the international community, as well as the government of Ukraine.  And because of these choices, the United States is today moving, as we said we would, to impose additional costs on Russia. Obama1

Based on the executive order that I signed in response to Russia’s initial intervention in Ukraine, we’re imposing sanctions on more senior officials of the Russian government.  In addition, we are today sanctioning a number of other individuals with substantial resources and influence who provide material support to the Russian leadership, as well as a bank that provides material support to these individuals.

Now, we’re taking these steps as part of our response to what Russia has already done in Crimea.  At the same time, the world is watching with grave concern as Russia has positioned its military in a way that could lead to further incursions into southern and eastern Ukraine.  For this reason, we’ve been working closely with our European partners to develop more severe actions that could be taken if Russia continues to escalate the situation.

As part of that process, I signed a new executive order today that gives us the authority to impose sanctions not just on individuals but on key sectors of the Russian economy.  This is not our preferred outcome.  These sanctions would not only have a significant impact on the Russian economy, but could also be disruptive to the global economy.  However, Russia must know that further escalation will only isolate it further from the international community.  The basic principles that govern relations between nations in Europe and around the world must be upheld in the 21st century.  That includes respect for sovereignty and territorial integrity — the notion that nations do not simply redraw borders, or make decisions at the expense of their neighbors simply because they are larger or more powerful.

One of our other top priorities continues to be providing assistance to the government of Ukraine so it can stabilize its economy and meet the basic needs of the Ukrainian people.  As I travel to Europe next week to meet with the G7 and other European and Asian allies, I once again urge Congress to pass legislation that is necessary to provide this assistance — and do it right away.  Expressions of support are not enough.  We need action.  I also hope that the IMF moves swiftly to provide a significant package of support for Ukrainians as they pursue reforms.

In Europe, I’ll also be reinforcing a message that Vice President Biden carried to Poland and the Baltic states this week:  America’s support for our NATO allies is unwavering.  We’re bound together by our profound Article 5 commitment to defend one another, and by a set of shared values that so many generations sacrificed for.  We’ve already increased our support for our Eastern European allies, and we will continue to strengthen NATO’s collective defense, and we will step up our cooperation with Europe on economic and energy issues as well.

Let me close by making a final point.  Diplomacy between the United States and Russia continues.  We’ve emphasized that Russia still has a different path available — one that de-escalates the situation, and one that involves Russia pursuing a diplomatic solution with the government in Kyiv, with the support of the international community.  The Russian people need to know, and Mr. Putin needs to understand that the Ukrainians shouldn’t have to choose between the West and Russia.  We want the Ukrainian people to determine their own destiny, and to have good relations with the United States, with Russia, with Europe, with anyone that they choose.  And that can only happen if Russia also recognized the rights of all the Ukrainian people to determine their future as free individuals, and as a sovereign nation — rights that people and nations around the world understand and support.

Thank you very much, everybody.


On March 16, a referendum was held on the territory of the Autonomous Republic of Crimea and the separate municipality of Sevastopol, in which 96.8% of voters opted to join the Russian Federation as its subjects, with a turnout of 83.1%. CrimeaReferendum1

 On March 18, Moscow proclaimed the annexation of Crimea (both the Republic and Sevastopol) to the Russian Federation as two of its entities. This decision has not been recognized by Kyiv and the International community.

 Crimea is dependent on supplies from Ukraine of water, for agricultural and industrial products (75-80%), and electricity (80-85%). Supplies of natural gas are probably only important for certain industrial plants; Crimea extracts a significant amount of this material itself, and is able to meet the vast majority of the needs from its own territory (currently over 80%).

В СМИ и российском обществе очень много разговоров на тему Крыма и очень мало — о его коренном народе, крымских татарах.

Все любят фирменное крымскотатарское блюдо — чебуреки, некоторые знают, откуда в русском языке слово “шашлык” и множество других всем привычных слов, но, по большому счету, россиянам о крымских татарах ничего не известно.  Flag

Не беру в расчет статьи и телепрограммы, в которых татар выставляют кровожадной нацией и историческими врагами русских. Оставлю это на отсутствующей совести авторов.

Люди, которые так считают, во-первых, не знают историю. Например, тот факт, что крымцы дважды спасали Москву от полного уничтожения. И даже не задумываются, почему мост — Крымский, а целый столичный район и станция метро — Новогиреево. Когда-то крымский хан из династии Гиреев построил для русских церковь в селе, впоследствии названном его именем. (Вы слышали, чтобы населенные пункты называли именами заклятых врагов?) И совсем уж немногие в курсе того, что за всю историю Крыма в нем не было ни одного сколько-нибудь серьезного межнационального конфликта. НИ ОДНОГО.

Во-вторых, люди с такими же “убеждениями” каждый год и не по одному разу оскверняют татарские кладбища в Крыму, пытаются подпалить мечети. Кто даст гарантию, что если это случалось даже в мирное время, то не повторится теперь? И что нам всем тогда делать?

В-третьих, ненавистники татар совершенно не знают современного Крыма, в котором русские дети дружат с татарскими, есть множество межнациональных семей, татары считают русских родными, как и наоборот. Никогда в постсоветский период в Крыму не было такой благоприятной ситуации в отношениях между народами: люди поняли, что никто никому не угрожает, научились жить и работать вместе, любить друг друга и понимать.

А что будет теперь?

Активно готовится референдум, который, как уже понятно, не учтет мнение татар, поскольку арифметическое большинство голосов в любом случае его проигнорирует. Татар в Крыму 14 процентов, и это меньшинство новыми, неизвестно как выбранными властями, не берется в расчет.

Нет, я слышу слова о том, какие деньги якобы выделят на обустройство и развитие культуры, языка репрессированного народа. Но разве если, например, украинцам или русским в ответ на все их чаяния предложить деньги, — то все, “нет проблем”?. Разве какой-либо народ так покупается-продается?

Радостные голоса уже пророчат победу на референдуме. У меня вопрос: победу над кем? Над теми людьми, для которых Крым является единственной родиной? Тогда я не поздравляю вас, дамы и господа. Вы делаете серьезный и далеко не арифметический просчет.

Фундаментальная ошибка многих российских аналитиков по крымской тематике состоит в непонимании важного момента: для крымских татар вопрос европейской интеграции никогда не был второстепенным. Он всегда стоял во главе угла, даже острее, чем у украинцев. Власти Украины менялись на прямо противоположные идеологически, но мнение татар оставалось неизменным: мы хотим жить в европейском обществе, где соблюдаются права национальных меньшинств, где есть справедливый суд и власть, подотчетная гражданам.

Крымские татары хлебнули от “совка” самой полной чашей. Дикой сталинской депортации, в процессе которой погибли 4 человека из 10, и полувековой жизни в статусе народа второго сорта, даже название которого было под запретом, вполне достаточно, чтобы понять: в атмосфере бесправия крымские татары жить не желают.

Если у кого-то имеется иллюзия, что татар можно заткнуть, загнать в невидимое гетто, заставить молча сносить удары судьбы, то оставьте ее, пожалуйста. У крымских татар нет и никогда не было оружия, как и желания кого-либо “побеждать”. Но сила духа и воля к свободе имеется, и она уже в крови, в поколениях.

Если у кого-то поднимется рука притеснять татар на их родине (например, закрывать татарские СМИ, довольно мощные и авторитетные, вещающие для всех жителей Крыма на русском языке), они ответят массовыми мирными протестами. И весь мир увидит, что в Крыму есть такой маленький, битый, но не добитый народ. И что он не продается, не покупается и не смирится с положением изгоя у себя дома.

Я хочу, чтобы это понимали и Россия, и Запад, и вообще все на Земле. И принимая любые решения о судьбах Крыма, учитывали интересы коренного народа. На несчастье других не построишь своего счастья. Унижая других, не станешь героем. А великий народ — тот, который не притесняет малые.

О Крыме и татарах можно говорить долго. Но это все, что в сложившейся ситуации, которая многим кажется тупиковой, я хотел написать.

Да, чуть не забыл. Те, кто считают, что крымскими татарами можно (или даже нужно) пренебрегать, не должны забывать: этим, мягко говоря, не приобретаются симпатии миллионов российских татар, считающих крымских своими братьями. И не только татар — представителей всех национальных меньшинств в РФ. Они могут об этом громко не говорить, но примут к сведению, даже не сомневайтесь.

И как тогда дальше жить, как сохранять единство России в трудные времена?

Blog – Ayder Muzhdabaev – Айдер Муждабаев - Facebook

«Национализм шагает по Европе. Затянувшийся экономический кризис спровоцировал широкую волну недовольства среди населения по отношению и к собственным правительствам, и к наднациональным институтам Евросоюза. Двум из самых древних государств мира, Испании и Великобритании, угрожает сепаратизм.

Кажется, что ужасные уроки ХХ века начали забываться. Тогда трагический коктейль из экономической депрессии и национализма породил тоталитаризм. Следующим логическим шагом к катастрофической войне было появление лидеров, считавших себя даром судьбы. Лозунг «Gott mit uns», то есть «Съ нами Богъ», стал великолепным обманом для малообразованного народа.

Куда идет Евросоюз? … »

Статья – Джузеппе Д’Амато Московский Комсомолец № 26452 от 12 февраля 2014 г. Giuseppe D’Amato Moskovskij Komsomolets

На Майдане отпели погибших.

Сегодня, одновременно со всем миром свободных людей, я зажгу свечу в темном окне в память о героях Украины. Настоящих, величайших Героев. Настаиваю: не жертв, не мучеников — Победителей. candle

Они — победили, заплатив цену, на которую не готов подлец, трус, лицемер, холуй. Точно зная, чем рискуют, пришли и навсегда остались там, на майдане украинского духа.

Знаю, что окон со свечами в Москве будет мало. Но это не жест, не пустое. Не для них это нужно, а для нас, каждому для себя.

Своей смертью эти люди показали, как важно в самых чудовищных обстоятельствах оставаться Людьми — с честью, совестью, без корысти.

Их имена никогда нельзя забывать. Даже не имя, а лицо каждого — каждого! — по-моему, должно быть на будущем памятнике их подвигу на Майдане.

Чтобы новые поколения украинцев могли смотреть им в глаза.

И думать о них.

И плакать.

И благодарить за то, что родились свободными.

Blog – Ayder Muzhdabaev – Айдер Муждабаев - Facebook

Cosa è successo a Kiev? Nulla di inatteso, purtroppo. Sono stati gli estremisti, rimasti fuori dalla trattativa politica parlamentare, ad aver soffiato sul fuoco della protesta violenta e ad aver provocato gli scontri.

 Le opposizioni sono formate da un fronte composito di forze eterogenee, alcune delle quali lontane ideologicamente fra loro.UKRoppositionFacebook

 Ufficialmente sono tre i leader politici: Arsenij Jatseniuk del partito “Patria” (quello dell’ex premier Julija Timoshenko), l’ex pugile Vitalij Klitschko capo di Udar, ed Oleg Tjagnibok responsabile dei nazionalisti “Svoboda”.

 Sono loro ad avere imbastito il negoziato con il presidente Viktor Janukovich a nome del “Maidan”, che, in realtà, nelle sue prime settimane è stato un movimento spontaneo di protesta popolare della società civile ucraina.

 In una seconda fase, col passare dei giorni e l’aumento del numero della barricate, si sono aggiunti i movimenti legati all’estremismo ultranazionalista, come l’ormai famoso “Settore di destra”. Questi radicali, che si vedono come i difensori della nazione ucraina e non lottano affatto per l’integrazione europea come i liberal-riformisti, hanno preso il controllo delle operazioni di “difesa del Maidan”.

 La politica li ha esclusi dal tavolo delle trattative, nonostante essi abbiano tentato di avere una loro rappresentanza. Il loro unico obiettivo è la rimozione del presidente Janukovich, non i mutamenti costituzionali. E adesso sarà difficile farli sgombrare dal Maidan.

 I radicali extraparlamentari, insieme ai delusi del movimento (che sono tanti!), si sono resi conto che il capo dello Stato tentava di allungare nei tempi il più possibile la partita negoziale alla Rada, per potere arrivare a giocare le sue carte alle prossime presidenziali previste per il marzo 2015, ma ora anticipate di tre mesi.

 Le opposizioni sono in minoranza in Parlamento, dove sono troppo spesso apparse non in grado di prendere l’iniziativa. Ecco, quindi, la ragione per la quale i radicali hanno utilizzato la forza e la violenza per provocare concessioni da parte di Janukovich.

 Che la situazione politica a Kiev sia estremamente complessa lo dimostra il fatto che la cancelliera tedesca Merkel abbia invitato a Berlino per consultazioni, lunedì 17, i soli Jatseniuk e Klitschko, escludendo Tjagnibok, considerato da fonti polacche troppo vicino a forze vetero-fasciste.

 Parallelamente si gioca la partita geostrategica. La Russia ha messo sul tavolo gli aiuti finanziari necessari a salvare l’Ucraina dalla bancarotta. L’Unione europea non intende spendere nemmeno un euro.

 Mosca ha già consegnato a Kiev 3 miliardi di dollari. Bruxelles ha solo tentato di scongelare invano presso il Fondo monetario internazionale un vecchio prestito agli ucraini bloccato dal 2011.

 I catastrofici errori della diplomazia continentale sono sotto gli occhi di tutti e rischiano di spaccare in due l’ex repubblica sovietica. In questi giorni il suo destino come Stato unitario, uscito dal crollo dell’Unione Sovietica nel 1991, è fortemente messo in dubbio.


 “Non tutti hanno fiducia nei leader politici della protesta”. Così il politologo Vadim Karasiov, direttore dell’Istituto di strategia globale di Kiev.

 “Mi riferisco ai vari Klitschko e Jatseniuk, – continua il noto politologo ucraino -. Il loro seguito è limitato. I giovani, quelli con sentimenti più radicali, non credono in loro. Gli obiettivi di questi ultimi sono la distruzione del partito delle Regioni e le dimissioni di Janukovich”. UkrVadimKarasiov

 Come si può fermare il bagno di sangue? “E’ necessario capire che bisogna lasciare da parte il linguaggio degli ultimatum, i giochi tattici e gli imbrogli. Serve al più presto un compromesso per salvare il Paese. La gente non crede più a questa classe politica”.

 Ma chi controlla i radicali? “La situazione è sfuggita di mano alla politica”.

 Cosa vogliono i giovani del Maidan o perlomeno alcuni suoi settori, visto l’eterogeneità delle cosiddette opposizioni? “I giovani pretendono cose impossibili, cose fuori dalla realtà, come il movimento di protesta in Francia del maggio 1968. Qui sul nostro Maidan vi è una sintesi di tutte quelle correnti da Tahrir de Il Cairo ad i vari ‘occupy’. Si sono unite forme di protesta di carattere arabo, europeo con la tradizione ucraina dell’amore per la libertà. Sia per Janukovich che per le opposizioni è difficile controllare questa gente”.

 Chi sostiene Janukovich? “La Russia, il clan di Donetsk, numerosi oligarchi, circa il 20% degli elettori ucraini. I dati dei sondaggi sono chiari: il 50% della popolazione sostiene il Maidan (e sono quasi tutti ad Ovest); il 50% no (e sono ad Est). A Kiev non c’è un tiranno come in Tunisia od un Ceausescu come in Romania. L’Ovest del Paese sostiene il Maidan, perché non crede all’Est”.

 Ma perché Janukovich non ha fatto sgomberare piazza Indipendenza? “Avrebbe rischiato uno spaventoso spargimento di sangue con migliaia di morti. Il presidente non vuole entrare nella storia come un tiranno sanguinario. Il Maidan poi non è piazza Tienanmen. Siamo sotto agli occhi dell’Europa!”.

 Quali errori ha compiuto l’Europa? “Non ha capito la situazione in cui si trovava l’Ucraina alla vigilia della firma del patto di Associazione all’Ue. Per un Paese di 46 milioni di persone e con un’economia così complessa si doveva pensare subito ad un’adesione per difenderla da Mosca. Sostenendo le opposizioni, l’Ue ha trasformato una questione interna in uno scontro geopolitico. E poi manca un centro unico diplomatico. Quale è la linea comune? Si sentono dei cori in cui ognuno canta per proprio conto”.

 Come andrà a finire la crisi? “La crisi sarà ancora lunga. In ballo vi è la stessa sopravvivenza dello Stato ucraino. Alla fine potrebbero emergere due Stati, uno ad est e l’altro all’ovest. Speriamo che non si ripeta in tal caso lo scenario jugoslavo, ma sia un divorzio alla cecoslovacca”.

«Для меня, наблюдателя из сытого свободами да правами Запада, то, что творится на Украине, — дикость. Умирать, убивать, воевать за свободу? В сердце Европы, в 2014 году? Maidan1

Мне и дико, и стыдно. Стыдно, потому что Европа способствовала этой войне. Сначала стратеги из ЕС придумали «Восточное партнерство», чтобы привлечь к себе бывшие республики СССР. При этом плюнули на Россию, страну, которую брюссельские комиссары называли своим «основным партнером». Несмотря на то что на Украине живут больше 8 миллионов этнических русских…
На Западе радикалы не выходят на улицу в количестве четырехсот тысяч человек, не ждут два месяца ответа властей, пока начинают бросать первые булыжники. Западных радикалов редко больше пятисот человек, но им не нужно и получаса, чтобы превратить центральную улицу города в поле сражения, на котором ни одна машина, ни одна витрина не остается целой.

А на Майдане? Ни одного окна ни в одном кафе не выбито — наоборот, в декабре там открылась большая пиццерия….
Вообще профессиональным лидерам здесь не верят. Есть уважение к Виталию Кличко, но доверие к нему примерно такое же, как в России к Алле Пугачевой. Есть «Правый сектор», организационная «крыша» радикальной молодежи. У них на сайте действительно висят фотки футболок со стилизованной свастикой. И в реальной жизни они не очень вежливые ребята…

 Статья – – Штефан Шолль – “Московский Комсомолец” Stefan Scholl Moskovskij Komsomolets

В нашем положении ругать Олимпиаду может только дурак.
Умные, наслаждайтесь.

Несмотря на бравурность трансляций и “блоки” на негативную информацию.
Несмотря на частое мелькание в телевизоре одного лица и прочую глупость / провинциальность, — мы получаем объективную информацию хотя бы о самих соревнованиях. А еще видим много улыбающихся, искренне радующихся людей.  Sochi2014

В сравнении с тем, что ожидает нас в будущем, — это предел толерантности, честности и свободы на телевидении.
И в нашей жизни вообще.

Смотрите и запоминайте
настоящую жизнь,
настоящих людей,
настоящие эмоции.

Судя по тенденциям и симптомам, ничего настоящего не останется — будет только / исключительно пропаганда в формах более злых и циничных, чем в позднем СССР.
Сейчас модно сравнивать с Германией известных времен. Я (здесь можно плеваться) согласен. Примитивность, агрессивность и — главное — эффективность лжи, к сожалению, схожи. Достаточно посмотреть, как пока виртуально, в Интернете, приговаривают и “мочат” друг друга соотечественники, всего лишь обсуждая всего лишь спорт. Но ведь спорт не при чем, мы пришли к Олимпиаде уже хорошо подкованными на тему: есть мы — и есть “чужаки”, враги.

Но (здесь тоже можно плеваться) я вовсе не считаю, что лидером неорейха будет Владимир Путин.

Владимир Владимирович — он чертовский диавол, конечно, и тиранский тиран, но он не про это.
Ползучим псевдопатриотическим отупением масс, новым культом империи, растущим озлоблением в отношении “чурок” и “пидарастического” западного мира воспользуются другие.

Путин вырос пусть кагэбэшным, но все-таки интернационалистом.
Кроме того, для рейхслидера он по-человечески мягковат и по-советски сентиментален.

Но вот вслед за ним (а может и буквально — за ним) придут выросшие в созданной при нем атмосфере круглосуточной лжи и фобий настоящие циничные звери — без сантиментов.
Их подращивают погромные сайты, которые пиарит наивная наша интеллигенция (ах, как это талантливо, пусть и спорно!). Их всей своей агитбригадой 80-х готовят к строительству неорейха седые телепрогагандисты, которых самих потом выкинут пинком (хорошо, если пинком) под зад.

Нашенского, особого, исключительно духовного рейха вкусят не только национал-предатели, которые одновременно “не любят и Путина, и Родину”.
Отведают в полной мере и те, кто сейчас помогает его создать, кормя молодых ненавистью ко всему “чужому”.

Считайте меня пессимистом, толерастом, либерастом, хоть сразу врагом народа, но мне финал очевиден — такие мегатонны нетерпимости, если их не разгребать (а кто разгребет? не вижу), не утилизируются со временем.
Они накапливаются в общественном организме, как в обычном — канцерогены, а после начинается рак.

Так что, дорогие друзья, смотрите Олимпиаду, цените этот праздник добра и мира на нашей гостеприимной земле.
Боюсь, добрее, гостеприимнее и спокойнее в России уже не будет.

Blog – Ayder Muzhdabaev – Айдер Муждабаев - Facebook

 «А сколько же золотых медалей и в каких видах завоюет Россия на домашних Играх?»

Чтобы удовлетворить всех сразу, и пишу эту колонку. Предварительно обозначая: у меня лично уже выработались два олимпийских сценария — назовём их «оптимистичный» и «объективно-реальный». Pliushenko

Ибо пессимистичный вариант развития событий рассматривать совсем не хочется — ну не может же и дома повториться ванкуверский каюк!

Итак, начнем со сценария оптимистичного, при котором, по подсчетам «МК», мы возьмем в Сочи от 10 до 14 (совсем уж звезды должны сойтись!) золотых медалей. Давайте перебирать по видам спорта.

Бобслей — 1 «золото»: опытнейший пилот Александр Зубков, помирившийся наконец-то с главным разгоняющим Алексеем Воеводой, вполне способен привести либо «двойку», либо «четверку» к победе. «Двойка» — реальнее.

Сани и скелетон — 1–2 «золота»: еще более опытный в олимпийском плане саночник Альберт Демченко (это его 7-е зимние Игры — мировой рекорд будет!) и скелетонист Александр Третьяков готовы к триумфу, вот только как помчат снаряды по желобу — пока загадка.

Биатлон — 1–2 «золота»: вполне можем выиграть эстафету (либо смешанную, где побегут и мужчины, и женщины, либо чисто мужскую) либо личное «золото». Волков, Гараничев или Малышко вроде бы находятся в неплохой форме…

Лыжи — 2 «золота»: одно «железное» первое место отдаем спринтерской эстафете (Никита Крюков плюс кто-то еще, кто именно — тренеры пока не решили), плюс Крюков же способен взять верх в индивидуальном спринте (хотя коньковый стиль, «конек», — не его конек, простите за каламбур), как и Саша Легков — в какой-то из гонок.

Шорт-трек — 1 «золото»: рассчитываем на Виктора Ана в забеге на 1500 метров. Или на мужскую эстафету опять же с его участием.

Коньки — 1–2 «золота»: тут у нас в числе потенциальных чемпионов имеются и Ольга Фаткулина, и Денис Юсков, ну и Иван Скобрев еще, сдаётся, не сказал последнего слова…

Сноуборд — 1 «золото»: кто-то из трех претендентов на победу — Екатерина Тудегешева, Алена Заварзина или Екатерина Илюхина, будем надеяться, до нее доберется.

Фигурное катание — 2–3 «золота»: пара Волосожар—Траньков — явные фавориты. А еще «золото» способны взять как команда, так и Юлия Липницкая у девушек. А может, и там, и тут срастется?

Хоккей? Нет, не забыл. В хоккеистов, уж простите, не верю. Слишком сильны нынче Канада, США и Швеция.

…Если же отбросить оптимизм и смотреть на вещи реально, то я поставлю на 6–7 золотых медалей России

Статья – Алексей Лебедев редактор отдела спорта «МК»


We are a group of long experienced European journalists and intellectuals interested in international politics and culture. We would like to exchange our opinion on new Europe and Russia.

Rossosch – Medio Don

Italiani in Russia, Ucraina, ex Urss

Our books